Замок Коварства и Любви

Отец, поднявши дочь, стоял недвижно, потом, прижав дочь ближе к сердцу, понес ее по шаткому мосту так осторожно, бережно, как никогда и никого на свете не носил. И все шептал одно лишь слово: "Живая, живая." Да, Даута была жива, но в обмороке пребывала. Не вынесла душа всех потрясений. А князь в сердцах клял пастуха безбожно: "Будь проклят на века, пастух, виновник бед! Шакалы чтоб терзали твое сердце и днем, и ночью... на том свете." Себя князь не винил ни в чем. Его кызча, единственная дочка, была в его руках жива, но без сознанья. И он забыл на дочь обиду. Князь чувствовал биенье ее сердца, глазами видел - спасена она, а сердцем все еще не верил и убеждал себя в том, что теперь-то он дочь убережет, а если та сейчас не пожелает выйти замуж за богача, то это не беда, пусть подождет... немного. Ведь время души лечит. Он это знал и понимал прекрасно, ей надо дать забыть кошмар последних дней, забыть все-все, что раньше было, чтобы душа ее очистилась от скверны. Конечно, это будет нелегко, но это уж его забота. Закроет за семью замками, за каменной стеною Замка от глаз дурных и будет сам глядеть на дочь свою и жить лишь только ею. Нет, запирать ее никак нельзя. Запреты и запоры ей повредят, она не выдержит - сойдет с ума. Дочь чувствовать должна свободу. Да, это верное решенье. Взять под надзор, но чтоб она не видела, не знала и не замечала, не чувствовала за собою слежки. Веселье - вот что вернет ее к нормальной жизни и на ноги поставит. "Я окружу ее подружками и няньками-старушками, заботой, как и прежде. Аллах вернет ее любовь ко мне и отношения, какие были прежде.

Метки »
Комментов: 0
Просмотров: 222



Замок Коварства и Любви

Садилось солнце. День, догорая, трепетал пожаром. В ущельях, в балках он уже потух и лишь вершины обжигал закатом. Червленый темно-красный, Эльбрус двуглавый рдел как будто на смотринах, блуждающим указывая путь. А по вершинам огненной гряды, летел, как вихрь, червонный всадник. Он мчался по хребту, вцепившись в диск небесный, закат остановить желая иль даже день вчерашний обогнать. Чтоб сократить свой путь, летел без троп, по бездорожью, рискуя шею поломать иль в бездну провалиться. Так не спешили и гонцы благою вестью поделиться, как несся в горести Али, табунщик князя. Джигит весь в черном, бурка - два крыла. Два жеребца, и оба под седлом, на них джигит скакал поочередно, меняя на скаку их под собою, на отдых ни минуты не давая. Он торопился в Замок и летел быстрее птицы и быстрее ветра, быстрее туч волнистых на быстрых крыльях горестной любви, спеша свою судьбу узнать и лик любимой увидать. Совсем забыв, что он пастух, она ж княжна и не чета ему по роду. Забыл и то, что княжеские кони под ним падут и до княжны не добегут, и он закончит жизнь свою на плахе, ведь лошадей князь ценит больше, чем людей. Но не о жизни думал, погоняя. Зачем она ему без милой? А скакуны копытом выбивали любимой имя: "Да-у-та!" Оно стучало в сердце дробью и сердце рвалось из груди, как будто чуя смерть в пути.

Метки »
Комментов: 0
Просмотров: 155



Стеклянная струя

Из облаков, а, быть может, с креста,
Капля упала, как Божья слеза.
В землю ушла, родником проросла,
Стала Стеклянной струею она.
Сквозь скалы, ущелия древних пород,
Сколько я помню и помнит народ,
Миро струилось, извечно текло,
То, что назвали: струя как стекло.
Каждый приходит набраться здесь сил.
Я эту влагу с надеждой спросил:

Метки »
Комментов: 0
Просмотров: 202
НАВИГАЦИЯ ПО САЙТУ
ТОП ЧИТАЕМЫX НОВОСТЕЙ

Яндекс.Метрика